г.Москва, Малый Гнездниковский переулок, дом 12 +7 (495) 649 11 65, +7 (985) 763 90 66

Статьи

Защита права родителя на общение с ребенком

07.09.2008(41263  )

ЗАЩИТА ПРАВА РОДИТЕЛЯ НА ОБЩЕНИЕ С РЕБЕНКОМ

Н.В. ЛЯЛИНА

Лялина Наталья Вадимовна — аспирант Института государства и права Российской академии наук, консультант по правовым вопросам ЮНИСЕФ (отделение в Боснии и Герцеговине).

Право родителей на общение с ребенком относится к числу личных. Поэтому его так трудно обеспечивать с помощью закона, возможности которого в этом случае ограничены.
Ранее Кодекс о браке и семье РСФСР 1969 года предусматривал защиту права отдельно проживающего родителя на общение с ребенком в административном и судебном порядке.
В тех случаях, когда родители не могли прийти к соглашению о порядке участия раздельно проживающего родителя в воспитании ребенка (или, по выражению Г.К. Матвеева, о «режиме общения»), ч. 3 ст. 56 КоБС РСФСР предусматривала, что этот порядок определяется органом опеки и попечительства с участием родителей.
Предполагалось, что органы опеки и попечительства после тщательного исследования всех обстоятельств жизни ребенка (отношение к нему родителей, их возможности и способности как воспитателей, возраст ребенка, состояние его здоровья, привязанность к родителям и т.п.) предлагают родителям установить тот или иной порядок участия раздельно проживающего родителя в воспитании, исходя из полного равенства их прав. Если спор не удается урегулировать, так как родители не пришли к соглашению, орган опеки и попечительства выносит постановление, обязательное для обоих родителей, указывая в нем порядок участия раздельно проживающего родителя в воспитании ребенка, характер, место, время, продолжительность общения, иногда оговаривая условия, при которых оно должно осуществляться.
Спор родителей по поводу установленного органом опеки и попечительства порядка участия того из них, кто проживает отдельно от ребенка, в его воспитании, как и жалоба на лишение его такого права на определенный срок, разрешался в административном порядке.
Постановление органов опеки об участии раздельно проживающего родителя в воспитании ребенка имело обязательную силу для обоих родителей. Тот, при ком проживал ребенок, был обязан разрешать встречи другого с ребенком. Раздельно проживающий родитель был не вправе требовать общения в неустановленное время, нарушать нормальный режим жизни ребенка, принимать в отношении его какие-либо решения, не согласовывая их с другим родителем, и т.п. Любые решения в отношении ребенка должны были приниматься совместно, а в случае разногласия спор решался с помощью органов опеки и попечительства.
Несмотря на обязательную силу указаний органов опеки и попечительства, не все родители им подчинялись. В таких случаях, по законодательству всех бывших союзных республик, за исключением Казахской и Таджикской ССР, предусматривающих административный порядок урегулирования возникшего спора, он разрешался судом. Иначе говоря, «когда родители не подчиняются решению органа опеки и попечительства, последний вправе обратиться за разрешением спора в суд» . 4 ст. 56 КоБС РСФСР).
Но в соответствии со ст. 56 КоБС РСФСР право обращения в суд по таким спорам принадлежало только органам опеки и попечительства. Тем самым допускалось нарушение прав родителя, проживающего отдельно от ребенка. Тем более что в Украинской и Узбекской ССР правом предъявить иск обладал только родитель, проживающий отдельно от ребенка, а в Литовской ССР — и органы опеки и попечительства. Многие авторы, например Т.Н. Евдокимова, считали, что предоставление права обращения в суд только родителю, чье право нарушено, более надежно обеспечивало его право участвовать в воспитании. Поэтому профессор В.А. Рясенцев справедливо предлагал изменить данное правило ст. 56 КоБС РСФСР и предоставить возможность родителю, чьи права нарушались, предъявлять иск к другому родителю. А спор бы в этом случае решался в суде с участием органа опеки.
Порядок рассмотрения судом споров об участии родителя, проживающего отдельно от ребенка, в его воспитании ранее не регламентировался. Разъяснения по ряду вопросов, возникающих при рассмотрении данной категории споров, даны в п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 21 февраля 1973 года N 3 «О некоторых вопросах, возникающих в практике применения судами КоБС РСФСР». При рассмотрении этих дел в качестве ответчика должен был быть родитель, препятствующий выполнению решения органа опеки и попечительства. Раздельно проживающий родитель мог вступить в дело в качестве третьего лица. В своем исковом заявлении органы опеки и попечительства отражали результаты проведенного ими обследования и называли обстоятельства, побудившие их предъявить иск.
Суду предстояло проверить, соответствует ли установленный органом опеки и попечительства порядок интересам детей, не нарушаются ли права родителей и обеспечивается ли в достаточной мере участие в воспитании несовершеннолетнего обоих родителей. В зависимости от выявленных обстоятельств суд определял порядок участия раздельно проживающего родителя в воспитании ребенка и обязывал другого родителя не чинить ему в этом препятствий (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 7 декабря 1979 г.). Поскольку органы опеки и попечительства, как правило, свое решение основывали на тщательном изучении всех обстоятельств жизни родителей и ребенка, в большинстве случаев устанавливаемый судом порядок не отличался от позиции органов опеки и попечительства. Однако суд не был связан их мнением и обладал правом определить иной порядок, руководствуясь интересами ребенка. Рассматривая такие споры, суды не были обязаны следовать заключению органов опеки и попечительства, определяющих, как, каким образом предоставлять отдельно проживающему родителю возможность видеться с детьми. Однако суд в своем решении не только подтверждал обязанность ответчика подчиняться постановлению органа опеки и попечительства, но и мог пересмотреть вопрос о том, при ком из родителей должен проживать ребенок. А если поведение родителя приводило к особо тяжелым последствиям, то мог даже возникнуть вопрос о лишении его родительских прав. Кроме того, «отказывая в иске, суд в случае необходимости был вправе вынести частное определение в адрес органов опеки и попечительства для обсуждения ими вопроса о лишении родителя, отдельно проживающего от детей, права общаться с ними на определенный срок».
Действующий Семейный кодекс РФ (п. 2 ст. 8) предусматривает защиту семейных прав, в том числе и права родителей на общение с ребенком, в судебном (по правилам гражданского судопроизводства) порядке, поскольку нарушение права на общение касается одного из наиболее важных личных прав родителя, п. 2 ст. 66 СК РФ устанавливает защиту прав отдельно проживающего родителя именно в судебном порядке. Судебный порядок защиты прав родителя, проживающего отдельно от ребенка, служит более надежной гарантией осуществления права на общение. Данное положение Семейного кодекса конкретизирует конституционное положение о гарантиях судебной защиты прав и свобод каждого гражданина (п. 1 ст. 46 Конституции РФ). Поэтому Л.М. Пчелинцева справедливо обращает внимание на то, что данная новелла направлена на сокращение времени разрешения спорной ситуации.
Еще на стадии развода, при удовлетворении иска о расторжении брака супругов, имеющих общих несовершеннолетних детей, суд разъясняет сторонам, что отдельно проживающий родитель имеет право и обязан принимать участие в воспитании ребенка, а родитель, с которым проживает несовершеннолетний, не вправе препятствовать этому. В резолютивной части решения суду надлежало обратить внимание на право и обязанность родителя, проживающего отдельно от ребенка, участвовать в его воспитании и после расторжения брака (п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.98 N 10).
Споры родителей об осуществлении права на общение рассматриваются районным судом. Иск предъявляется на общих основаниях, т.е. по месту жительства ответчика. В том случае, если одновременно предъявляется иск о взыскании алиментов, допускается подсудность по выбору истца.
В порядке de lege ferende может быть рассмотрена возможность разрешения споров об осуществлении родителем права на общение мировыми судьями. В данном случае должна быть учтена сама идея создания института мировых судей, заключающаяся в том, чтобы максимально приблизить население к правосудию, т.е. упростить доступ граждан в суд и саму процедуру судопроизводства, а также сделать суд скорым при рассмотрении несложных дел. Мировой судья, осуществляя правосудие в пределах своего судебного участка, должен быть максимально доступным для граждан должностным лицом. Введение института мировых судей предполагает также разгрузку федеральных судей. Статья 23 ГПК РФ относит к подсудности мировых судей дела, возникающие из семейно-правовых отношений, за исключением дел об оспаривании отцовства (материнства), установлении отцовства, о лишении родительских прав, об усыновлении (удочерении) ребенка (п. 4), а также дела о расторжении брака, если между супругами отсутствует спор о детях (п. 2). Поэтому считается, что споры, возникшие в связи с правами ребенка, не подсудны мировому судье. Однако в данном случае нет места спору о праве, а речь идет всего лишь об устранении препятствий к осуществлению права отдельно проживающего родителя на общение с ребенком. Кроме того, не следует забывать нацеленность института мировых судей на мирное разрешение конфликта, поиск компромисса; судья и называется мировым потому, что призван склонять стороны к примирению.
Сторонами в деле выступают истец (родитель, проживающий отдельно) и ответчик (другой родитель, затрудняющий общение ребенка с истцом). Все лица, участвующие в процессе, где разрешается рассматриваемый спор, обладают процессуальными правами и обязанностями, предусмотренными ГПК РФ. Сюда входят права: знакомиться с материалами дела, делать из них выписки и копии, заявлять отводы, представлять доказательства и участвовать в их исследовании, задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле, свидетелям, экспертам и специалистам; заявлять ходатайства, в том числе об истребовании доказательств; давать устные и письменные объяснения суду; приводить свои доводы по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам; возражать против ходатайств и доводов других лиц, участвующих в деле; обжаловать судебные акты; пользоваться другими процессуальными правами, предоставленными законодательством о гражданском судопроизводстве (ст. 35 ГПК РФ). К сказанному ГПК РФ добавляет, что участники должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. К доказательствам в данном случае относятся полученные в предусмотренном законом порядке сведения, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, звукозаписей и видеозаписей, заключений экспертов.
Судом при необходимости может быть назначена судебно-психологическая экспертиза (порой даже комплексная), которая может проводиться как в отношении родителей, так и по анализу ситуации (семейного конфликта). Такая экспертиза позволяет выяснить важные обстоятельства психологического свойства (например, наличие или отсутствие психологического влияния на ребенка со стороны одного из родителей и его характер, мотивы поведения каждой из сторон, психологическую характеристику взаимоотношений ребенка с каждым из родителей) и в результате подтвердить или опровергнуть те или иные доводы каждой из сторон, что позволит суду принять правильное решение по делу. Заключение судебно-психологической экспертизы, как и заключение органа опеки и попечительства, является согласно ст. 67 ГПК РФ одним из доказательств, которое должно быть оценено судом в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами.
Статья 57 СК РФ предоставляет ребенку право выражать свое мнение при решении в семье любого вопроса, затрагивающего его интересы, а также быть заслушанным в ходе любого судебного либо административного разбирательства. Более того, учет мнения ребенка, достигшего возраста 10 лет, является обязательным, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам. Однако, по мнению А.М. Нечаевой, оценка мнения ребенка относительно его желания (нежелания) общаться с родителями (одним из них) относится к спорным вопросам. Несомненно, мнение несовершеннолетнего на этот счет нельзя игнорировать, поскольку от его ответа во многом зависит оценка доводов истца (ответчика). Однако речь может идти только о выяснении его мнения, которое не носит обязательного характера. Ибо ст. 55, 66 СК РФ, предусматривающие право на общение, не входят в перечень статей СК РФ, по которым согласие (несогласие) ребенка имеет правовое значение. Таким образом, проблема оценки мнения ребенка по делам, связанным с устранением препятствий к общению, существует. Тем более что в делах, где рассматривается иск об устранении препятствий к общению, ребенок свидетелем не является. Его гражданско-процессуальный статус не определен. Никаких пояснений на этот счет не делает и Постановление Пленума ВС РФ от 27.05.98 N 10, которое говорит лишь о выяснении мнения ребенка. «Если при разрешении спора, связанного с воспитанием детей, суд придет к выводу о необходимости опроса в судебном заседании несовершеннолетнего в целях выяснения его мнения по рассматриваемому вопросу, то следует предварительно выяснить мнение органа опеки и попечительства о том, не окажет ли неблагоприятного воздействия на ребенка его присутствие в суде. Опрос производится с учетом возраста и развития ребенка в присутствии педагога, в обстановке, исключающей влияние на него заинтересованных лиц. При опросе ребенка суду необходимо выяснить, не является ли мнение ребенка следствием воздействия на него одного из родителей или других заинтересованных лиц, осознает ли он свои собственные интересы при выражении этого мнения и как он его обосновывает, и тому подобные обстоятельства“ (п. 20 Постановления Пленума ВС РФ от 27.05.98 N 10). В данном перечне обстоятельств вообще нет упоминания о выяснении мнения ребенка относительно его желания (нежелания) общаться с одним из родителей. Поэтому, считаясь с интересами несовершеннолетнего, которые имеют приоритетный характер, следует знать и при необходимости учитывать его мнение, но выявлять его не при рассмотрении иска, а раньше, при подготовке заключения органами опеки и попечительства». По мнению В.А. Рясенцева, «в тех случаях, когда желание ребенка явно не соответствует его интересам, целям воспитания или когда один из родителей восстановил ребенка против другого, суд может не посчитаться с желанием ребенка». Г.М. Свердлов указывал на то, что нельзя сводить задачу суда при выявлении воли ребенка к получению от него формального ответа на формально поставленный вопрос. «Сознание, воля, желание ребенка, находящиеся в процессе становления, до крайности подверженные всяческим внешним влияниям и воздействиям, иногда очень случайным, временным и поверхностным,  — совершенно непригодный объект для того, чтобы их испытывать этой негибкой формальной схемой: вопрос — ответ. Перед судом задача не в том, чтобы получить от ребенка внешнее словесно определенное выражение воли ребенка, ибо самая воля опрашиваемого еще не сформировалась, а в том, чтобы получить представление о действительных привязанностях ребенка, о его симпатиях, о его склонностях к той и другой стороне, иногда даже безотносительно к тому, как ребенок словесно это выражает вовне. В этих условиях самый процесс выявления отношения ребенка к спорящим сторонам не может быть сведен к однократному поверхностному допросу,  — здесь должно быть обеспечено известное наблюдение, присматривание, известный элемент изучения поведения ребенка со стороны опытных и сведущих в детской психологии людей».
Согласно п. 1 ст. 12 Конвенции о правах ребенка, государства-участники обеспечивают ребенку, способному сформулировать свои собственные взгляды, право свободно выражать эти взгляды по всем вопросам, затрагивающим ребенка, причем взглядам ребенка уделяется должное внимание в соответствии с его возрастом и зрелостью. Подводя итог вышесказанному, можно сказать, что суду следует выяснять мнение несовершеннолетнего относительно его общения с одним из родителей независимо от возраста, обусловив это лишь его способностью такое мнение выражать и формулировать (принимая во внимание требование на этот счет названной Конвенции). Но правовую силу мнение ребенка должно иметь с достижением десятилетнего возраста.
Соблюдение интересов ребенка в споре относительно общения с одним из родителей имеет исключительно важное значение. Но, как указывал Г.М. Свердлов, это отнюдь не означает, что в какой-либо мере можно игнорировать или не принимать в расчет интересы спорящих родителей. «Для того, чтобы правильно разрешить вопрос о действительном интересе ребенка, суд должен прежде всего создать для себя правильное представление о том, какой интерес движет спорящими сторонами в их отстаивании ребенка. И, получив ясное представление относительно действительного интереса каждой из сторон, суд берет под свою защиту тот из них, который в наибольшей степени совпадает с интересами ребенка». «Нельзя поэтому сказать,  — продолжает автор,  — что, разрешив дело о ребенке, суд руководствовался исключительно его интересами. Нет, разрешив спор в пользу одной из сторон, суд взял под свою защиту в наибольшей степени совпадающие интересы и ребенка, и этой стороны. В этом — не повторяющаяся ни в каком другом гражданском деле особенность спора о ребенке, и в этом — его особенная трудность, ибо необходимость раскрыть и выявить действительные интересы и истца, и ответчика, и ребенка заставляет обращаться не только к легко познаваемым внешним обстоятельствам (материальные, бытовые условия и т.п.), но и к внутренним мотивам поведения, к весьма тонким чертам в личных отношениях сторон друг к другу и к ребенку».
Предъявление иска, связанного с обеспечением права на общение, подчиняется правилам, сформулированным в ГПК РФ. Но, обращая внимание на исковые требования, следует говорить не об обеспечении права на общение, а об устранении препятствий к общению с ребенком. Именно такую терминологию использует п. 3 ст. 67 СК РФ, посвященный праву близких родственников на общение с ребенком. Видимо, имеет смысл данную формулировку закона применять и по отношению к спору, возникающему между родителями. С целью облегчения задачи суда в исковом заявлении необходимо сформулировать желательный порядок общения. При этом истцу предстоит доказать, что нарушается, во-первых, его право, а во-вторых — право ребенка на общение с ним. Ответчику, не согласному почему-либо с заявленным иском, предстоит сосредоточить внимание на фактах, позволяющих ему соблюсти интересы ребенка путем, например, изменения формы общения либо вовсе его запрета.
До назначения дела к слушанию (как и во всяком положении дела, в том числе и при подготовке к судебному разбирательству) допускается принятие судом мер к обеспечению иска (ст. 139 ГПК РФ). В данном случае речь идет об устранении препятствий к общению с ребенком, которые обычно выражаются в сокрытии несовершеннолетнего ответчиком, что порождает особую тревогу у истца, лишенного всякой возможности принимать участие в жизни ребенка. К мерам по обеспечению иска в подобного рода ситуациях может послужить запрещение ответчику совершать определенные действия, а также запрещение другим лицам совершать определенные действия, касающиеся предмета спора (ст. 140 ГПК РФ). Такими лицами могут быть близкие, дальние родственники несовершеннолетнего, предпринимающие, например, активные усилия по сокрытию ребенка, возбуждению в нем враждебных чувств к ответчику. Заявление о мерах по обеспечению иска рассматривается судом в день его поступления без извещения ответчика и других лиц, участвующих в деле (ст. 141 ГПК РФ). О принятии мер по обеспечению суд выносит определение, которое приводится в исполнение немедленно в порядке, установленном для исполнения судебных постановлений (ст. 142 ГПК РФ). По мнению А.М. Нечаевой, это означает возможность необходимость) использования в подобной ситуации п. 2 ст. 79 СК РФ, допускающего на основании судебного определения временное помещение ребенка в одно из воспитательных, лечебных учреждений, в учреждение социальной защиты населения и другое аналогичное учреждение. Помощь в реализации такого определения могут оказать органы опеки и попечительства, а также истец, заинтересованный в обеспечении общения и знающий, как это сделать наименее болезненным для ребенка способом. Еще одним способом обеспечения иска могла бы стать временная выплата алиментов отдельно проживающим родителем на специальный депозитный счет до разрешения дела судом.
Роль органов опеки и попечительства при разрешении подобных дел трудно переоценить. На практике органы опеки и попечительства еще до передачи дела в суд, как правило, принимают участие в преодолении родителями разногласий по поводу общения. Спор разрешается судом с обязательным участием органов опеки и попечительства, дающих свое заключение по поручению суда (ст. 37 ГПК РФ и ст. 78 СК РФ), а не по просьбе родителей. При подготовке заключения органы опеки и попечительства могут способствовать заключению соглашения родителей, мирному урегулированию существующих между ними разногласий. Их суждения, основанные на оценке конкретных обстоятельств с педагогической точки зрения, представляют особую ценность. Кроме того, участие органов опеки и попечительства в деле, где судом разрешается спор родителей, служит дополнительной гарантией защиты права ребенка на общение с родителями (одним из них). А будучи органами государственными, они одновременно охраняют государственный интерес, выражающийся в создании для ребенка оптимальных условий воспитания.
Заключение органа опеки и попечительства представляет собой подробный анализ всех обстоятельств, на которые обращается внимание в СК РФ. При этом необходимо учитывать, что п. 2 ст. 78 СК РФ ориентирует такой орган на проведение обследования условий жизни ребенка и лица, претендующего на его воспитание. В подобном документе могут фигурировать и иные факты, заслуживающие внимания обследователя, в роли которого выступает, как правило, инспектор по охране прав детей или другое лицо по его поручению. По каждому конкретному делу дается только одно заключение, подготовленное тем органом опеки и попечительства, которое имеет соответствующее поручение суда. Заключение органа опеки и попечительства приобретает официальный характер после его подписания обследователем, исходя из правил, сформулированных в п. 1 ст. 34 ГК РФ и п. 2 ст. 121 СК РФ, руководителем органа местного самоуправления либо уполномоченным на это должностным лицом подразделения органа местного самоуправления, на которое возложено осуществление функций по охране прав детей, чья подпись удостоверяется печатью. Кроме того, мнение органа опеки и попечительства по рассматриваемому судом спору высказывает его представитель в судебном заседании. Таким образом, заключение органов опеки и попечительства по делам, связанным с обеспечением права на общение,  — итог сложной, кропотливой, продолжительной работы, завершение которой СК РФ (п. 2 ст. 78) никакими сроками не связывает.
Статья 148 ГПК РФ одной из задач подготовки дела к судебному разбирательству называет примирение сторон. Статья же 150 ГПК РФ в перечне действий судьи при подготовке дела к судебному разбирательству указывает на принятие мер к заключению сторонами мирового соглашения. Результатом миротворческой деятельности суда может стать: отказ истца от иска, принятый судом; признание решения по делу; заключение мирового соглашения, утвержденного судом.
Если предпринятые меры по мирному урегулированию спора не дали результата, суд выносит решение по заявленным истцом требованиям, которые сводятся к устранению препятствий к общению, которое заключается в определении порядка такого общения. Его материально-правовую основу составляют: право родителя, проживающего отдельно от ребенка, на общение с ним (п. 1 ст. 66 СК РФ, п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 27.05.98 N 10); право несовершеннолетнего на общение с родителем, проживающим по другому адресу (ст. 55 СК РФ), при осуществлении которого необходимо защищать интересы ребенка, что подчеркивает ч. 2 п. 8 названного Постановления; обязанность родителя, с которым проживает ребенок, не препятствовать его общению с другим родителем (п. 2 ч. 1 ст. 66 СК РФ). Суд в своем решении также подтверждает право на общение и одновременно, сообразуясь с конкретной ситуацией (возрастом ребенка, состоянием его здоровья, степенью привязанности к каждому из родителей и т.п.), определяет его порядок (который, с одной стороны, обеспечивает родительские права проживающего отдельно от ребенка истца, с другой — соответствует интересам несовершеннолетнего), о чем специально говорится в резолютивной части решения. Поэтому в п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 27.05.98 N 10 делается уточнение о порядке общения, имея в виду его место, продолжительность и т.п.
Для иллюстрации можно привести резолютивную часть судебного решения одного из судов г. Москвы, где был сказано: обязать П. не препятствовать Г. в общении с дочерью Альбиной 25 августа 1996 года рождения, установив следующий порядок общения: два раза в месяц во второе и четвертое воскресенье с 11 до 14 часов, но не по месту регистрации ребенка. Тем самым в данном решении суд обязал ответчика не препятствовать истцу в общении с дочерью и установил определенный порядок их общения. Однако упоминания о праве на общение в данном решении нет, что не соответствует требованиям Постановления Пленума ВС РФ от 27.05.98 N 10. А подобного рода упоминание подчеркивало бы мысль, что речь идет о защищаемых законом правах как родителя, так и ребенка.
Чем конфликтнее отношения родителей, тем определеннее должны быть формы общения. Но так как судебное решение должно быть стабильным, излишняя детализация в регулировании отношений родителей, наметившаяся в последнее время в судебной практике, только затрудняет защиту прав ребенка, одного из родителей ребенка, затягивает процесс исполнения судебного решения или делает его невозможным. Поэтому суду надлежит обратить внимание на узловые, наиболее спорные моменты общения, а детали будут определены органами опеки и попечительства, родителями в процессе осуществления родительских прав и обязанностей.
В иске об устранении препятствий к общению может быть отказано, если того требуют интересы ребенка. Но всякий раз такой отказ нуждается в серьезном обосновании (п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 27.05.98 N 10). Суд может отказать в иске, если будут установлены уважительные причины, из-за которых родитель препятствует общению. Например, неправомерное или недостойное поведение отдельно проживающего родителя в период общения с ребенком (является к ребенку в нетрезвом состоянии, настраивает его против второго родителя, склоняет к совершению аморальных поступков, совершает в отношении ребенка насильственные действия, принуждает его к чрезмерному труду, совершает в его отношении действия сексуального характера, применяет жестокие формы наказания, злоупотребляет родительскими правами и т.п.). Аналогично должно разрешаться и требование об устранении препятствий к общению родителем, не лишенным родительских прав, в воспитании детей, если они находятся у других лиц на основании закона или судебного решения. В данном случае не только один из родителей, а каждый из них имеет право на общение с ребенком.
С участием органов опеки и попечительства и родителей можно определить более или менее реальный порядок участия отдельно проживающего родителя в воспитании ребенка. Но этот порядок по понятным причинам тоже будет нуждаться в постоянной корректировке. И если родители находятся в конфликтных отношениях, сделать это по взаимному согласию невозможно. Обращаться в районный суд каждый раз, когда нужно изменить время встречи ребенка и родителя, тоже немыслимо. Поэтому, делает вывод М.В. Антокольская, его права во многом останутся нереализованными. В данной связи снова хочется высказаться в пользу рассмотрения таких дел мировыми судьями, которые имеют возможность рассматривать их оперативно и неоднократно.
Определив порядок участия отдельно проживающего родителя в воспитании ребенка, суд предупреждает другого родителя о возможных последствиях невыполнения решения суда. Совместно проживающий родитель обязан ему следовать. В случае, даже если он находит, что осуществление отдельно проживающим родителем родительских прав противоречит интересам ребенка, он не может самостоятельно принимать решение о недопущении его к ребенку. В такой ситуации совместно проживающий родитель должен обратиться в суд с требованием об изменении порядка участия другого родителя в воспитании ребенка.
В случае изменения условий жизни любого из родителей, в том числе семейного, материального и других обстоятельств, может встать вопрос о передаче ребенка другому родителю или о внесении поправок в соглашение о порядке участия отдельно проживающего родителя в воспитании ребенка. Если родителям и на этот раз не удастся урегулировать спор мирным путем, они вправе предъявить повторный иск в суд.
А.М. Нечаева считает исполнение судебного решения об устранении препятствий к общению с ребенком самым уязвимым местом в сфере правового регулирования семейных отношений. Осуществляется оно в соответствии с требованиями ст. 79 Семейного кодекса РФ по правилам, установленным Федеральными законами от 21 июля 1997 г. «Об исполнительном производстве» и «О судебных приставах», ГПК РФ, а также иными федеральными законами, регулирующими условия и порядок принудительного исполнения судебных актов.
Наиболее важным на стадии исполнительного производства по данной категории дел является соблюдение в максимальной степени интересов самого ребенка, под которыми понимается создание условий, исключающих причинение несовершеннолетнему душевной и физической травмы в момент исполнения судебного решения. Тем более что интересы несовершеннолетнего подлежат приоритетной защите.
Принципиально важным правилом, касающимся дел данной категории, является положение об исполнении решений суда по спорам о детях судебным исполнителем (п. 1 ст. 79 СК РФ, п. 4 ст. 3 Федерального закона «Об исполнительном производстве»). Подмена его, как это нередко бывает, представителем органов опеки и попечительства противоречит закону, а потому недопустима. Поскольку именно судебный исполнитель управомочен на исполнение судебного решения, его требования, направленные на реализацию решения, относятся к числу обязательных (ст. 4 Федерального закона «Об исполнительном производстве», ст. 12 Федерального закона «О судебных приставах»). Судебному приставу-исполнителю принадлежит руководящая роль в исполнении судебного решения, он несет ответственность за процесс исполнения и его результат. Однако представитель органа опеки и попечительства также присутствует при исполнении дел такого рода в соответствии с п. 2 ст. 79 СК. Этот представитель может оказать помощь судебному исполнителю квалифицированным советом, рекомендациями, а также предотвратить действия антипедагогического характера со стороны любых участников исполнения. В целях соблюдения интересов ребенка и с учетом конкретных обстоятельств (оказание судебному приставу-исполнителю физического противодействия лицом, удерживающим ребенка, высказывание угроз применения насилия в отношении ребенка или причинения вреда его здоровью и т.п.) целесообразным считается привлечение к исполнению судебного решения также представителя органов внутренних дел (ст. 42 Закона об исполнительном производстве). При исполнении решений суда в делах подобного рода личное участие сторон (как родителя-взыскателя, так и родителя-должника) следует считать обязательным. Поэтому ни тот, ни другой не могут действовать через представителя. В свое время В.А. Рясенцев предлагал в случаях, когда ответчик препятствует проведению решения в исполнение, привлекать общественные организации по месту работы и жительства ответчика для принятия мер общественного воздействия. Однако в современных изменившихся реалиях данные меры не способны привести к желаемому результату.
После удовлетворения иска об устранении препятствий к общению А.М. Нечаева считает целесообразным вызывать родителей для беседы с целью уточнения деталей встреч, учитывая интересы ребенка и возможности сторон. Таким образом, центр тяжести при исполнении решения переносится на подготовительную стадию с целью уменьшения противодействия должника и сокращения притязаний взыскателя. Решающим моментом исполнения следует считать первую встречу. Исполнение судебных решений по делам, связанным с осуществлением права на общение с ребенком, касается споров неимущественного характера. Поэтому особое внимание уделяется добровольному исполнению судебного решения. Статья 73 Закона об исполнительном производстве предлагает после возбуждения исполнительного производства установить должнику срок для добровольного исполнения. Получив информацию от взыскателя о неисполнении, судебный пристав вновь возвращается к переговорам со сторонами.
Требования судебного пристава-исполнителя по исполнению судебных решений для всех обязательны. Пристав определяет место исполнения. Согласно п. 1 ст. 11 Закона об исполнительном производстве, если должником является физическое лицо, то исполнительные действия совершаются судебным приставом-исполнителем по месту его жительства, месту его работы или месту нахождения его имущества. Однако для дел, в которых требуется совершение должником определенных действий, п. 2 ст. 11 делает исключение, позволяя исполнить судебное решение по месту совершения действий, входящих в обязанность должника. Причем это место может не совпадать ни с местом проживания истца, ни с местом жительства ответчика, т.к. ребенок в силу самых разных причин может находиться в другом месте других лиц). Поэтому особый смысл приобретает п. 4 ст. 11, где говорится, что судебный пристав-исполнитель может совершать исполнительные действия на территории, на которую не распространяются его функции, если в процессе исполнения исполнительного документа возникла такая необходимость. Специалисты советуют проводить исполнение решения, обязывающего не чинить препятствия к общению, на нейтральной почве.
Судебный пристав-исполнитель определяет время совершения исполнительных действий, которые согласно п. 1 ст. 12 Закона об исполнительном производстве могут быть совершены в рабочие дни с 6 часов до 22 часов по местному времени. Правда, возможно на этот счет исключение, когда, по вине должника в эти дни ничего сделать нельзя. Стороны, участвующие в исполнительном производстве, вправе предложить удобное для них время совершения исполнительных действий. При исполнении данной категории исполнительных документов может возникнуть необходимость совершения исполнительных действий в нерабочие дни (так как работающим родителям удобнее общаться с детьми в нерабочие дни), которые могут быть указаны в исполнительном документе. В этих случаях исполнительные действия должны совершаться именно в эти дни с письменного разрешения старшего судебного пристава.
Для разрешения трудностей психологического и педагогического характера судебный пристав-исполнитель вправе по собственной инициативе или по просьбе сторон привлечь специалиста, обладающего необходимыми знаниями. Возможность привлечения соответствующего специалиста предусмотрена ст. 41 Закона об исполнительном производстве. Этот специалист имеет право на вознаграждение за выполненную работу, проводимую в связи с совершением исполнительных действий. Оно относится к расходам по их совершению. Оплата труда специалиста в данном случае может производиться из Внебюджетного фонда развития исполнительного производства, положение о котором утверждено Постановлением Правительства РФ от 26.06.1998. N 659. Кроме того, представительные органы субъектов РФ в соответствии с п. 2 ст. 22 Закона о судебных приставах вправе самостоятельно увеличивать за счет средств своих бюджетов расходы на содержание региональных служб судебных приставов, что также дает дополнительные возможности для оплаты труда специалистов, привлекаемых на стадии исполнительного производства. С другой стороны, действующее законодательство предоставляет возможность самому взыскателю осуществить авансирование расходов по совершению исполнительных действий. Согласно п. 1 ст. 83 Закона об исполнительном производстве взыскатель вправе произвести авансовый взнос на депозитный счет подразделения судебных приставов в размере, достаточном для производства соответствующих расходов либо их части. За исключением некоторых случаев это является правом, но не обязанностью взыскателя. И здесь имеет место сохраняющееся в законодательстве неравенство правовых возможностей взыскателей по порядку возмещения расходов по совершению исполнительных действий. Так, например, если осуществляется розыск ребенка и у родителя нет возможности авансировать расходы по розыску, такие расходы берет на себя государство, а затем они взыскиваются с должника по постановлению судебного пристава-исполнителя, утвержденному старшим судебным приставом, имеющему силу исполнительного документа. Если же родитель предварительно за счет собственных средств авансирует расходы по розыску ребенка, то в соответствии с п. 6 ст. 84 Закона об исполнительном производстве он вынужден взыскивать такие расходы с должника в общеисковом порядке, что значительно сложнее. Некоторые авторы считают, что порядок взыскания расходов по розыску ребенка должен быть в обоих случаях одинаков — путем вынесения постановления судебного пристава-исполнителя.
Все сказанное выше относительно важности учета мнения ребенка в полной мере относится и к исполнительному производству, являющемуся самостоятельной процессуальной стадией. В этой связи в литературе приводится случай из судебной практики, суть которого заключается в том, что на момент поступления исполнительного документа по конкретному делу к судебному приставу-исполнителю ребенку еще не было 10 лет, однако к началу совершения исполнительных действий он уже достиг указанного возраста. При этом изменилось мнение ребенка по тем вопросам, которые были решены судом. Поскольку с указанного возраста учет мнения ребенка по идее должен быть обязательным, судебный пристав-исполнитель в порядке ст. 18 Закона об исполнительном производстве справедливо усмотрел в этом основание для обращения в суд с заявлением об изменении способа и порядка исполнения.
При наличии обстоятельств, препятствующих совершению исполнительных действий, могут иметь место отсрочка или рассрочка исполнения судебного решения. В подобных случаях судебный пристав-исполнитель по своей инициативе или по заявлению сторон, а также сами стороны вправе обратиться в суд, выдавший исполнительный документ, с заявлением об отсрочке или рассрочке исполнения, а также об изменении способа и порядка исполнения (ст. 18 Закона об исполнительном производстве), что по делам данной категории вовсе не редкость (ребенок заболел, ответчик уехал в командировку и т.п.). Согласно п. 2 ст. 19 Закона судебный пристав-исполнитель может вынести постановление об отложении исполнительных действий по заявлению взыскателя или на основании определения суда, но не более чем на 10 дней. Некоторые авторы считают, что данный срок слишком мал для успешного разрешения сложных психологических проблем, предлагая предоставить судебным приставам-исполнителям возможность самостоятельно определять продолжительность этого срока, но при этом ввести ограничение: данный срок не должен превышать одного месяца. Приостановление исполнительного производства допускается, например, по просьбе должника, находящегося в длительной служебной командировке, из-за его пребывания на лечении в стационаре лечебного учреждения. И, конечно, в случае розыска ребенка (п. 6 ст. 21 Закона). Причем в случае необходимости судебный пристав-исполнитель по своей инициативе выносит постановление о розыске ребенка. Розыск объявляется по месту исполнения исполнительного документа или последнему известному месту жительства должника, а также по месту жительства (нахождения) взыскателя, другими словами, каждого из родителей, будь то истец или ответчик. Розыск ребенка осуществляется органами внутренних дел за счет должника. Расходы по розыску ребенка определяются по заявлению органа внутренних дел.
Особенностью исполнения решения суда по делам об устранении препятствий к общению с ребенком родителем, проживающим отдельно, является то, что сложно однозначно определить момент исполнения. Исполнение в данном случае не сводится к единичному акту. Задача судебного пристава-исполнителя — всякий раз обеспечивать контакт отдельно проживающего родителя и ребенка. Ввиду длящегося характера такого исполнения, постоянно участвовать в нем судебный пристав-исполнитель не может. В этих случаях, по словам А.М. Нечаевой, приходится прибегать к помощи органов опеки и попечительства. По свидетельству специалистов, судебный пристав может непосредственно не присутствовать при общении родителя с ребенком, однако, он должен быть убежден, что решение суда исполняется и при этом не чинят препятствий к общению с ребенком. Если от взыскателя поступает заявление о том, что решение суда не исполняется, общение с ребенком не обеспечивается, судебный пристав-исполнитель обязан прибыть по месту жительства ребенка, установить, по какой причине не исполняется решение суда. И в случае если постановление суда не исполняется без уважительной причины, он составляет судебный акт, выносит постановление о наложении штрафных санкций на должника и вновь обязывает его выполнить требование исполнительного документа.
При невыполнении решения суда родитель, с которым проживает ребенок, несет ответственность, предусмотренную гражданским процессуальным законодательством. К родителю, противодействующему его реализации, применяются меры, обязывающие к исполнению решения суда,  — денежный штраф в размере до 200 минимальных размеров оплаты труда (п. 1 ст. 85 Федерального закона «Об исполнительном производстве»). Причем он удваивается, если и после первоначального наложения штрафа решение по-прежнему не исполняется. Сколько раз можно увеличивать размеры штрафа — закон не определяет. Вероятно, решение этого вопроса зависит от конкретной ситуации (поведения обоих родителей, их доходов и т.п.).
Исполнение категории такого рода исполнительных документов носит длящийся характер. Но это не значит, что все это время исполнительный лист должен находиться на исполнении у судебного пристава-исполнителя. В течение 2 месяцев на основании закона судебный пристав-исполнитель должен обеспечить выполнение требований исполнительного документа (п. 1 ст. 13 Закона об исполнительном производстве) и, согласно п. 1 ст. 26 Закона, возвратить исполнительный лист взыскателю и окончить исполнительное производство. Однако это не препятствует предъявлению вновь исполнительного документа взыскателем на принудительное исполнение. И в случае если должник препятствует общению с ребенком и не исполняет решение суда, взыскатель имеет право предъявить этот исполнительный документ к принудительному исполнению в пределах трех лет (ст. 14 Закона). По вновь поступившему исполнительному документу к принудительному исполнению вновь возбуждается исполнительное производство и совершаются предусмотренные законом действия. Если в течение трех лет момента принятия) судебное решение не исполнено, исполнительный лист утрачивает силу. К тому же исполнение решения по делам подобного рода теряет всякий смысл. Если же правовые проблемы, связанные с семейным воспитанием ребенка, продолжают существовать, родитель вправе вновь предъявить иск.
Реально принудить другого родителя к общению с ребенком невозможно, тем более что штраф за неисполнение решения, как правило, ничтожно мал. Из-за этого обстоятельства долгое время ситуация оставалась тупиковой. Семейное законодательство было неспособно обеспечить защиту интересов отдельно проживающего родителя. Для того чтобы побудить совместно проживающего родителя не нарушать права другого родителя, предлагались различные меры. По мнению М.В. Антокольской, было бы нецелесообразно прекращать выплату алиментов родителем, которому не дают возможность осуществлять свои родительские права, что нарушит в первую очередь интересы ребенка, который и так всегда оказывается жертвой конфликтов между родителями. Поэтому применение такой меры, на взгляд данного автора, совершенно недопустимо. Другой автор — Г.М. Свердлов — даже допускал в злостных случаях неподчинения судебному решению возможность привлечения виновного к уголовной ответственности.
В пункте 3 статьи 66 СК РФ предусмотрена санкция, одна угроза применения которой может заставить родителя, проживающего совместно с ребенком, серьезно задуматься о последствиях своего поведения. Так, при злостном невыполнении решения суда о порядке участия отдельно проживающего родителя в воспитании ребенка, последний имеет право предъявить иск о передаче ему ребенка для совместного проживания. Естественно, что решить этот вопрос не так легко. Суды могут пойти на применение подобной меры только в особых случаях, когда это прежде всего соответствует интересам ребенка. При рассмотрении такого иска суд обязательно учитывает мнение ребенка, его желание (нежелание) перейти жить к другому родителю. Однако само наличие данной нормы имеет важное профилактическое значение: заставит родителя, совместно проживающего с ребенком, понять, что он не может нарушать права другого родителя безнаказанно.
Если родитель, чьи права нарушаются, стремится только к общению (не может взять к себе ребенка по объективным причинам), он вправе обратиться за помощью в орган опеки и попечительства, к педагогу, воспитателю. В любом случае эффективной будет линия на мирное урегулирование проблемы.
Как было сказано ранее, сохраняют родители право на общение и в случае ограничения родительских прав, а также утраты ребенком попечения родителей и последующего его устройства под опеку (попечительство) или приемную семью. Все вопросы, связанные с обеспечением опекуном (попечителем) общения с родителями, решаются органами опеки и попечительства. В спорных случаях порядок общения между ребенком, его родителями и приемными родителями определяется органами опеки и попечительства (п. 28 Положения о приемной семье, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 17.07.96 N 829). Право обжалования в судебном порядке отказа органов опеки и попечительства, опекуна, приемных родителей или администрации учреждения, в котором находится ребенок, в предоставлении свиданий с ребенком семейным законодательством не предусмотрено. «Однако, если отказ исходит от органа опеки и попечительства или администрации детского учреждения, такое обжалование возможно на основании общего правила о возможности обжалования в суд неправомерных действий должностных лиц и государственных органов».

 

По всем вопросам, связанным с расторжением брака, разделом имущества, взысканием алиментов, иным вопросам по семейному праву и семейным спорам, вы можете записаться к специалистам нашего Центра, позвонив по телефонам секретарю: (495) 649 — 11 — 65 или (499) 246-86-51 Внимание консультации платные!!! Бесплатную консультацию Вы можете получить на сайте — свой вопрос можно оставить здесь БРАК, РАЗДЕЛ ИМУЩЕСТВА, АЛИМЕНТЫ

С аналогичной тематикой и практикой нашего Центра по теме БРАК, РАЗДЕЛ ИМУЩЕСТВА, АЛИМЕНТЫ — вы можете ознакомиться ниже, перейдя по ссылке:

Судебная практика

Раздел между супругами жилого помещения, находящегося в залоге

24.06.2016( 3194  )

В статье рассмотрены теоретические и практические проблемы раздела между супругами (бывшими супругами) жилого помещения, приобретенного с использованием кредитных средств банка или иной кредитной организации.

Проблемы раздела жилого помещения между бывшими супругами

24.06.2016( 2485  )

Раздел совместно нажитого имущества между бывшими супругами в судебной практике явление заурядное. Однако, когда предметом иска становится жилое помещение, дела о разделе имущества часто приобретают сложный характер, так как участники процесса в лице истцов и ответчиков стараются отойти от правила раздела имущества, находившегося в законном режиме пользования супругов, и пересмотреть размер причитающихся им долей.

Порядок встреч с ребенком

21.06.2016( 2294  )

В статье анализируется современная судебная практика рассмотрения споров об определении места жительства ребенка.

Залог недвижимости и права бывших супругов

17.06.2016( 1572  )

Обеспечение в виде недвижимости не так надежно, как может показаться на первый взгляд, если залогодателем является гражданин, ранее состоявший в браке. Рассмотрим все риски, которые грозят не только банку, но и самим бывшим супругам залогодателей в таких ситуациях.

Поручение без согласия супруга

15.06.2016( 1061  )

Верховный суд разъяснил, когда супруг может поручиться за знакомого без согласия жены.

Постановления судов в практике по семейно-правовым спорам

14.06.2016( 1162  )

В статье анализируются проблемы исполнения различных постановлений судов при регистрации соответствующих актов гражданского состояния. Отмечается несоответствие положений семейного, гражданского процессуального и специального законодательства об актах гражданского состояния. Доказывается недопустимость заключения мирового соглашения о расторжении брака, направления в органы ЗАГС выписок из судебных решений по отдельным категориям дел.

алименты   алименты детям   взыскание алиментов   Вселение   выплата алиментов   Выселение   детские   долги супругов   заключение брака   Имущественный налоговый вычет   Имущество супругов   Исковая давность   Лишение родительских прав   Материнский капитал   место жительства ребенка   место проживания ребенка   недействительность брака   Ограничение родительских прав   опека   порядок общения с ребенком   Пособия   постановка на учет   права детей   Права несовершеннолетних   Права родителей   право пользования   прекращение брака   равенство долей   развод   развод суд   раздел дома   Раздел имущества   раздел имущества супругов   разрешение органов опеки   расторжение брака   сделка   собственность супругов   совместная собственность   совместная собственность супругов   Споры о детях   Срок исковой давности   удочерение   установление отцовства   Установление происхождения детей   Усыновление   фиктивный брак